Ежедневно мы сталкиваемся с вызовами; мир меняется, и угнаться за этими переменами чрезвычайно трудно. Но стоит ли это делать? Что, если современная культура является ловушкой, через которую действуют демонические силы? Так ли это на самом деле, что должна и может предпринять церковь, чтобы показать обществу альтернативу, делясь Благой Вестью и влияя на этот мир, поделился настоятель евангелическо-лютеранской церкви Святой Анны Евгений Раскатов.
– Евгений, на Ваш взгляд, каким образом сегодня проявляется демоническое влияние через современную культуру, и как оградить от этого молодое поколение?
– Я считаю, что культура сама по себе вещь положительная. Но ее, как любую другую положительную вещь можно по-разному использовать.
Что касается демонических проявлений через культуру, то тут можно привести слова Мартина Лютера, который говорил, что зло исходит из трех источников: первый – от нас самих; второй – от окружающего нас мира; третий – влияние дьявола. Мне кажется, до третьего большинство из нас даже не добирается, потому что достаточно того, что мы сами в себе носим грех, в своей плоти, и эта плоть является источником зла.
Если говорить в контексте культуры, то это проявление внешнего мира, скажем так, силы добра и силы зла. И источники силы зла очень тяжело нащупать. Мы видим лишь проявление. И если говорить о том, как оградить от этих источников зла молодежь, детей, то, конечно же, нужно противопоставлять злу добро. Зло всегда будет в мире; это неизбежно, пока мир существует. Но, с другой стороны, если молодежь [и не только] выбирает между злом и злом, то тогда и выбирать нечего.
Единственная возможность противостоять злу – это противопоставлять добро. Я не говорю о такой узкохристианской культуре: только христианская музыка, и если рэп – то только христианский, или что-то такое, но, главным образом, должна быть идейная составляющая, мировоззренческая, а все остальное уже так, шелуха.
– Как христианам выйти на уровень массовой аудитории?
– У нас есть наимощнейшая сила и помощник – это Сам Господь Бог, Который с нами, а мы – Его инструменты. Я считаю, что от нас в некотором роде что-то зависит, но не сильно.
Мне нравится идея: «не мешай Богу действовать». Мы себя сами определили на сторону добра, но внутри нас происходят точно такие же битвы, и иногда мы сами являемся источниками зла в том числе.
Тут вопрос лично к каждому христианину, чтобы он подчинил свою волю Божественной воле. И дальше не препятствовал Богу через себя делать то, что Бог может делать. Я вот не знаю, а Господь точно знает, но я в меру своих сил могу как-то Ему служить. Постараться не препятствовать, чтобы Он использовал меня для Своего служения (улыбается).
Отчасти это происходит. И отчасти я это вижу. Сегодня не нужно придумывать какие-то лозунги для всего сообщества христиан и дальше только им следовать, – на самом деле все давно уже понятно. Если каждый из нас по мере своих сил будет подчинять свою волю Божественной воле, то это и будет противостоянием злу. А инструменты разные могут быть: выходить на улицу, нести флаги, или там, на Youtube, и еще где-нибудь записывать христианскую музыку – это уже какой у кого талант. Но главным образом, подчиниться Божьей воле. Мне кажется, это ключ ко всему.
Опять-таки: исход известен. Вот в чем прикол. Другое дело, где мы будем в этом исходе? Останемся мы в Египте или все-таки выйдем?
– В стремлении быть «современной» и «понятной» обществу, не рискует ли церковь потерять суть Евангелия?
– Я думаю, что есть мысль, которая повторяется сегодня многими: есть наша идентичность, наша сущность, которая не должна меняться. Мы по-прежнему проповедуем ту Весть, которая нам пришла от Христа и апостолов, но конечно, важно найти язык, понятный для современных людей.
Общество меняется, люди меняются… Тут нужно быть чутким. С одной стороны, не изменять своим главным принципам. С другой стороны – каждый раз пересматривать то, что называют «церковной традицией». Условно говоря, сегодняшняя традиция является ли помощником в достижении проповеди Евангелия, или наоборот? И если в чем-то есть препятствие, то, конечно, это нужно устранять. Церковь ведь тоже всегда меняется.
– Что Вы подразумеваете под изменениями?
– Например, язык богослужения. Даже библейский язык, он тоже меняется. Взять Синодальный перевод Библии – это очень молодой язык. 140 лет ему всего, он времен Достоевского. Но до этого времени ведь тоже Библию читали. Кто-то скажет, что это уже устаревший язык. И сегодня нужен другой перевод. И таким образом все меняется.
Потом, взять СМИ. Мартин Лютер первые свои идеи распечатывал в качестве памфлетов, а сегодня есть другие средства массовой информации. Есть интернет. Они гораздо более продуктивные, чем издательство этих памфлетов.
Я считаю, что не нужно брезговать и гнушаться теми средствами, которыми пользуется, например, бизнес. У какой-нибудь парикмахерской, барбершопа есть страница в Инстаграме. Они пишут посты, выставляют фотографии. Я думаю, что неплохо, если бы церковь так же делала.
Или мы готовим мероприятие. Оно должно быть хорошо оформлено. Афиши, и так далее. Потому что это язык, который понятен, который читается.
Мы по возможности стараемся так делать, и кто-то скажет: «Классно!», а кто-то осудит. Как будто мы заигрываем с миром через это, – так они все это интерпретируют. Где-то церковь, конечно, эти берега нарушает. Невольно, скажем так. Но это опыт, и нужно извлекать уроки.
Есть вещи, которых надо держаться, и есть то, от чего можно смело отказаться. Предания отцов церкви и история – это тоже отличный инструмент, потому что если есть за тобой какая-то история, ты тоже уже интересен (улыбается). Ты не только что сам «придумался», а за твоими плечами уже несколько сотен лет багажа. И это привлекает людей!
Больше узнать о том, как противостоять соблазнам современного общества, не поддаваясь на провокации и давление, а также достичь Благой Вестью современный мир, вы сможете в прямом эфире из Петербурга уже в эту пятницу!
Не пропустите!
